Мы друг другу не "никто"

Есть некоторые ситуации в повседневной жизни, в которых я неизбежно взрываюсь.

Бабах — и внутри разливается серная кислота ненависти, разъедает, застит глаза, перекрывает кислород.

У каждого свое минное поле.

У всех разная толщина брони.

Но есть коварные мелкие мины, на которых подрываются многие.

Мы друг другу НЕ никто

— Осторожно, двери закрываются. Следующая станция…

Подождите закрываться, никто еще не успел войти. Потому что из вагона очень неторопливо выходит мужчина, глядя в смартфон.

Как в замедленной съемке: все уже вышли, а он только поднимается с места, неторопливо движется к дверям, заслоняет проход, неспешно делает шаг на перрон. Как говорится — и пусть весь мир подождет.

А вот оживленный перекресток, зажегся зеленый, но не пешеходам, а машинам, которые выезжают справа, пересекая «зебру».

Пешеходам до зеленого — 15 секунд.

Но в толпе обязательно найдется хотя бы один человек, которому очень нужно прямо сейчас.

Ни секундой позже.

Ну, машины едут, тормоза визжат, и что?

Даже смотреть на них не станет.

Притормозят, куда денутся.

Реальные пацаны идут не спеша, зря головой не вертят.

Мы друг другу НЕ никто

На другом перекрестке наоборот:

люди уже идут, им зеленый, а машины еще едут.

Некоторые — прямо на пешеходов: мол, меня ж видно, кому жизнь дорога — отойдут, переждут.

А те, кто на пешеходов ехать побаивается, вежливо останавливается поперек трамвайных путей.

И трамваи, которые вместе с пассажирами дождались короткого зеленого, начинают трезвонить.

Нет, ну а что вы звоните, что он может сделать?

На пешеходов поехать?

Видите — человек ждет на своем мерсе, уж вы на своем трамвае как-нибудь тоже подождете, не баре.

Ах, вам красный опять?

Ну, терпите до следующего зеленого, может, повезет.

Рядом с кафе пара вечных студентов пьет кофе.

Допили.

Надо куда-то деть пластиковые стаканчики.

Огляделись вокруг — урны нет.

Где урна? Не поставили?

Ну, получите.

Вот вам под ваши ноги наши стаканчики. Сами виноваты.

Или магазинный вариант:

женщина стоит с тележкой, груженной доверху, в экспресс-кассу, куда проходят с восьмью покупками.

И уже выкладывает горы продуктов на ленту под негодующие крики окружающих.

Сама невозмутимость! Вот где броня-то.

Или подъездный вариант, хит всех сезонов:

неизвестный герой оставляет пакет с мусором возле мусоропровода.

Под пакетом мутная лужа.

А че, не нравится?

Ну не нравится — выкинь, в чем вопрос, я не понял?..

Вот же мусоропровод рядом, я тебе, чудило, специально прям до него донес.

И это я еще не за рулем. Представляю, как обогатился бы мой список.

***

Смотрю я на все это и думаю:

что ж мне делать, чтобы на этих минах каждый раз не подрываться?

Я не хочу ненавидеть.

Я хочу «зрети моя прегрешения и не осуждати брата моего».

И повод-то ничтожный какой, подумаешь — мусор.

Подумаешь, красный свет.

Ну и что?..

Сама, что ли, такая правильная и никогда не переходила на красный и в неположенном месте?

И никакого мусора в пространство от меня не улетало?

И ни разу не зависала над телефоном в метро?

В общем, для начала надо разобраться, почему так безотказно эти мины срабатывают.

Обычно ведь как?

Если чужая подлость направлена на кого-то адресно, то она почему-то вызывает не просто гнев, а более сложное чувство.

Здесь и боль за пострадавшего, и ощущение нарушенной справедливости, и даже жалость к обидчику: «Вот зачем он так? Со своей собственной душой?».

И помолиться за него проще.

Наверное, потому, что рядом с таким обидчиком — человек.

А рядом с тем, кто творит мелкое бытовое зло безадресно, — пустыня.

Никого в ней нет, кроме них самих.

Так, инфузории-туфельки какие-нибудь.

А ведь это самый-самый нижний, трамвайно-бытовой этаж человеческих отношений.

На следующем, где власти чуть больше, — последствия шире и страшнее:

отдать распоряжение вырубить парк, чтоб продать территорию;

кормить кур гормонами, чтоб получить 300% прибыли за счет здоровья других людей.

И так все выше и выше…

На каждом этаже встречаются люди, для которых те, кто внизу (а может, и рядом) — никто, биомасса.

***

Понятно, что невозможно разминировать все это поле.

Но мне нужна хоть какая-то инструкция по технике безопасности, чтоб не разорвало.

Я не могу исправить хама в трамвае или у экспресс-кассы.

Значит, надо придумать, как направить свою бурную реакцию в конструктивную плоскость.

Хотя бы вот так:

Прежде чем подумать о людях плохо — подумай хорошо. Может, они вообще впервые так оплошали. Например, водитель случайно красный прозевал, загородил путь трамваю, а сам теперь не рад и переживает.

Когда это возможно — спокойно и корректно останови человека: «Молодые люди, вон там через сто метров урна, донесите, пожалуйста, до нее стаканчики». Главное — хотя бы в голосе сохранять дружелюбие. А про оставленный мусор можно у мусоропровода записку написать.

Следи получше за собой на общей территории. А то из чужих глаз всяк горазд сучки вынимать.

• Занимайся профилактикой — объясняй детям: «Этот человек идет на красный, видишь, на него машина едет? Представляешь, что сейчас чувствует водитель? Он весь пóтом покрылся, на тормоз жмет. Не знает, куда деться, чтоб не задавить. Так с другими поступать подло».

Мы ж друг другу не «никто». Мы тут вместе живем. опубликовано econet.ru. Если у вас возникли вопросы по этой теме, задайте их специалистам и читателям нашего проекта здесь

Инна Карпова

Источник